Веришь ли сам, поблёкший рыцарь,
Пред кредиторами павщий ниц,
Что за добро будет им сторицей,
Что благосклонность их вновь столицей
Возвратится в мир их столиц?

Как ни нуждаешься в их щедротах,
Ой не хвались вдвое им отдать
От урожаев грядущих жатв:
В наших широтах таких широких
Жестов не принято изображать.

Если глаза азиатских тигров
К рынкам Европы обращены,
Мы не участвуем в этих играх:
Нам уж давно ничего не выиграть
Там, где арбитр — со стороны.

Если Европа лицом к истокам
Зорь ослепительных, поостудив
Прежний огонь, у окна сидит,
Мы ничего не ждём с востока:
Нам на востоке — одна Сибирь.

Нам что шале в пасторальных Альпах,
Что экзотика буддийских ступ —
Лишь полюса, будто Бах и Заппа:
То, что с надеждой склоняет Запад,
То на Востоке не скажут вслух.

То, что в Штатах — окей, неплохо,
То в Поднебесной — совсем никак.
То ль дело здесь, средь родных сермяг,
Где меж Аляскою и Европой
Гордо полощется наш гамак.

Нам все опоры — мираж, пустое.
Как телебашни — один обман.
Кто разберёт, что оно такое —
Черту по вторникам кочергою,
Богу свечкой по четвергам!

Хмель иль улун в прогресса вене?
Мир строит мост иль пилит сук?
Коль где и обсуждают вдруг,
Но не у нас. Нам всем до фени
Что там в сальдо — нам недосуг.

Нам хоть царь в невидимом платье,
Хоть блоха в серебре подков:
Мы никогда ни за что не платим —
Да поди найди по полатям
Нас, задумчивых, без портков,

Пребывающих в вечном странствии,
Как Тангейзер, как Вечный жид,
Чей удел — среди грёз кружить.
Взять с Тангейзера — мало шансов!
Здесь коллекторам нечем жить:

За долгами приходят часто,
Только всё не везёт застать
Здесь в сознании — такое счастье! —
Тех, кто сможет хотя бы часть их
Неуверенно опознать.

Что ни кризис — бомбят Воронеж,
Чтобы назавтра и стар и мал
Власть заботливую благославлял...
И очнёшься — да вряд ли вспомнишь,
Что при займе наобещал.

 

(Дмитрий Геннадиевич Шумаков. Из сборника "Гость из будущего")

 

Все стихи